@rt-tools/agent-kit 0.16.1 → 0.18.0

package/assets/checks/check-push-gate.mjs

@@ -18,7 +18,9 @@
  * `rt_push_checks` профиля; она сверяется с его выводом, потому что объявление
  * без исполнения — та же дыра. Исключение — причина, по которой шага в гейте
  * нет; пустая причина исключением не считается: она единственное, чем
- * постоянная дыра отличается от забытой строки.
+ * постоянная дыра отличается от забытой строки. Причина, называющая задачу,
+ * судится ещё и на живость этой задачи: отсрочка со сроком и отсрочка без срока
+ * выглядят одинаково, пока номер никто не спросил.
  *
  * Дерево без файла конвейера сверки не получает: проверка, падающая там, где
  * конвейера нет, отбивала бы работу вместо промаха.
@@ -34,6 +36,8 @@ import { CONFIG, ROOT } from './rt-kit-checks.config.mjs';
 const GATE = CONFIG.pushGate ?? {};
 const PIPELINE = GATE.pipelineFile ?? '';
 const DECLARED = GATE.steps ?? {};
+/** Ключ задач дерева: по нему номер в причине отличается от версии, порта и года. */
+const TASK_KEY = CONFIG.board?.taskKey ?? '';
 
 /**
  * Профиль дерева ищется той же цепочкой, что и у гарда пуша: умолчание пакета, поверх него
@@ -85,9 +89,39 @@ rt_push_checks ""`;
     }
 }
 
+/**
+ * Номера задач, названные причиной. Ключ дерева обязателен: без него «663» неотличимо от порта,
+ * года и номера редакции, и проверка спрашивала бы очередь работ обо всём подряд.
+ */
+function taskNumbers(reason) {
+    if (!TASK_KEY) {
+        return [];
+    }
+    return [...reason.matchAll(new RegExp(`\\b${TASK_KEY}-(\\d+)\\b`, 'g'))].map((match) => Number(match[1]));
+}
+
+/**
+ * Очередь работ ищется разрешением модуля, а не собирается здесь: у каждого хостинга она своя, и
+ * дерево, у которого её нет, судится как прежде. Ярус тот же, что у гарда поставки: есть чем
+ * спросить — спрашивает, нет — молчит.
+ */
+async function boardModule() {
+    if (!TASK_KEY) {
+        return null;
+    }
+    try {
+        const module = await import('./board.mjs');
+        return typeof module.taskState === 'function' ? module : null;
+    } catch {
+        return null;
+    }
+}
+
 const steps = pipelineSteps();
 const checks = gateChecks();
 const problems = [];
+/** Задачи, названные причинами исключений: спрашиваются пачкой после разбора всех шагов. */
+const deferrals = [];
 
 for (const step of steps) {
     const declaration = DECLARED[step];
@@ -103,6 +137,10 @@ for (const step of steps) {
         const reason = String(declaration.skip ?? '').trim();
         if (!reason) {
             problems.push(`шаг конвейера «${step}» объявлен исключением без причины — пустая причина не считается`);
+            continue;
+        }
+        for (const number of taskNumbers(reason)) {
+            deferrals.push({ step, number });
         }
         continue;
     }
@@ -126,6 +164,26 @@ for (const step of Object.keys(DECLARED)) {
     }
 }
 
+/**
+ * Мёртвый номер в причине делает исключение бессрочным, не сказав об этом ни строкой. Первый же
+ * отказ сети кончает опрос целиком: спрашивать остальные незачем, а падать проверке, которую
+ * гоняют в самолёте, — тем более.
+ */
+const board = deferrals.length > 0 ? await boardModule() : null;
+if (board) {
+    for (const { step, number } of deferrals) {
+        let state;
+        try {
+            state = board.taskState(number);
+        } catch {
+            break;
+        }
+        if (state && state.exists === false) {
+            problems.push(`шаг конвейера «${step}» отложен до задачи ${TASK_KEY}-${number}, а такой задачи в очереди работ нет — отсрочка бессрочная`);
+        }
+    }
+}
+
 if (problems.length > 0) {
     console.error(`check-push-gate: расхождений ${problems.length}\n`);
     problems.forEach((problem) => console.error(`  ${problem}`));

package/assets/checks/check-schema-drift.mjs

@@ -76,6 +76,13 @@ function shadowAddresses(url) {
     return { shadowName, shadowUrl: shadow.toString(), serviceUrl: service.toString() };
 }
 
+// Код, которым проверка объявляет, что смотреть было не на что. Прежде каждый такой выход был
+// нулём: строка о пропуске уходила в вывод, а в сводке гейта пуша ноль стоял рядом с
+// пройденными проверками и ничем от них не отличался — набор читался как проверенный целиком.
+// Число знает и гард пуша: он называет пропущенное вслух, не отбивая пуш, потому что проверка,
+// которой нечего смотреть, поломкой не является.
+const SKIP = Number(process.env.RT_SKIP_CODE ?? 7);
+
 function prisma(args, url) {
     return spawnSync('npx', ['prisma', ...args], {
         cwd: ROOT,
@@ -98,7 +105,7 @@ async function withServiceClient(serviceUrl, run) {
         if (SERVER_DOWN_CODES.includes(error?.code)) {
             console.log('check-schema-drift: база недоступна — сверять негде');
 
-            return 0;
+            return SKIP;
         }
         throw error;
     }
@@ -117,26 +124,26 @@ async function main() {
     if (!CONFIG.schemaFile) {
         console.log('check-schema-drift: имя файла схемы не задано — сверять нечего');
 
-        return 0;
+        return SKIP;
     }
 
     if (!existsSync(join(ROOT, CONFIG.schemaFile))) {
         console.log('check-schema-drift: схемы нет — сверять нечего');
 
-        return 0;
+        return SKIP;
     }
 
     const url = databaseUrl();
     if (!url) {
         console.log('check-schema-drift: адрес базы не задан — сверять негде');
 
-        return 0;
+        return SKIP;
     }
 
     if (PRODUCTION_MARKS.some((mark) => url.includes(mark))) {
         console.log('check-schema-drift: адрес боевой — проверка туда не ходит');
 
-        return 0;
+        return SKIP;
     }
 
     const { shadowName, shadowUrl, serviceUrl } = shadowAddresses(url);

package/assets/checks/check-specs.mjs

@@ -17,7 +17,7 @@
  *    владельца, а четырём незаведённым механикам скидок привязки не нашлось бы
  *    вовсе. Ключ связи — сам текст правила, поэтому переформулировать его, забыв
  *    поправить привязку, нельзя. Правило без привязки — намерение, и писать его
- *    надо как `Q-N`.
+ *    надо как открытый вопрос закона — `Q-<буква закона>-<номер>`.
  *
  * 2. КОНТРАКТ ПРОТИВ ДЕКОРАТОРОВ. Таблица процедур сверяется с тем, что
  *    объявлено в `*.procedure.ts` домена: `@RequiresPermission` / `@PublicProcedure`

package/assets/checks/rt-kit-checks.config.mjs

@@ -185,6 +185,19 @@ const DEFAULTS = {
         bot: '',
         tokenPath: '',
         reviewer: '',
+        /**
+         * Метка карточки эпика. По ней сверка находит эпики и сверяет их связь с задачами в обе
+         * стороны. Слово у каждого дерева своё, общего умолчания нет: не названа — связь не
+         * судится вовсе, потому что отличить карточку эпика от обычной задачи станет нечем.
+         */
+        epicLabel: '',
+        /**
+         * Метки, которыми в очереди работ помечен груз — присланные деревьями разборы и
+         * предложения. Задачами они не судятся вовсе: заголовка с номером, исполнителя и места
+         * на борде у них нет и не будет. Слово у каждого дерева своё, общего умолчания нет:
+         * пусто — сверка судит как прежде.
+         */
+        cargoLabels: [],
     },
 };
 

package/assets/checks/spec-anchors.mjs

@@ -140,7 +140,7 @@ function checkRuleImplementation(specFile, text, mapFile, heading = '## Прав
             report(
                 mapFile,
                 `правило без привязки: «${head.slice(0, 60)}…» — допиши строку с \`файл:символ\`, ` +
-                    'вердиктом «Не исполняется» с причиной либо перенеси правило в «Открытые вопросы» как Q-N'
+                    'вердиктом «Не исполняется» с причиной либо перенеси правило в «Открытые вопросы» закона как Q-<буква>-<номер>'
             );
             continue;
         }
@@ -263,7 +263,7 @@ function checkTracedAnchors() {
             report(
                 mapFile,
                 `привязка ведёт в мёртвый код: \`${symbol}\` объявлен в \`${path}\` и больше нигде не встречается — ` +
-                    'либо правило исполняется в другом месте, либо ему место в «Открытых вопросах» как Q-N'
+                    'либо правило исполняется в другом месте, либо ему место в «Открытых вопросах» закона как Q-<буква>-<номер>'
             );
         }
     }

package/assets/checks/spec-contract.mjs

@@ -64,6 +64,15 @@ function contractRows(text) {
             continue;
         }
         const permission = (cells[1].match(/`([^`]+)`/) || [])[1] || cells[1];
+        // Строка с кодом отказа во второй ячейке процедурой не считается. Раздел «Контракта»
+        // держит две разные таблицы: список процедур с правами и список кодов отказа с поводами,
+        // — и по форме строки они неотличимы, обе несут значение в кавычках первой ячейкой.
+        // Пока разбор брал любую, спек с объявленными процедурами получал свою таблицу кодов
+        // прочитанной как список процедур: каждая её строка становилась процедурой, которой в
+        // домене нет.
+        if (/^\d{3}$/.test(permission.trim())) {
+            continue;
+        }
         rows.push({ line: index, name, permission: permission.trim(), short: name.split('.').pop() });
     }
 

package/assets/defaults/gate-map.sh

@@ -40,6 +40,12 @@ skill_for_default() {
     case "$kind" in
         edit)
             case "$target" in
+                # Собранное дерево кодом не бывает, и правкой его никто не занимается: путь к
+                # артефакту приходит из команды, которая его ЗАПУСКАЕТ. Под артефактом лежат те
+                # же имена каталогов, что и под исходником, поэтому ветка стоит первой — любая
+                # ниже совпала бы с ним и потребовала правило, которое работе ничего не даёт.
+                */node_modules/* | */dist/* | */build/* | */.nx/* | */coverage/*) return 0 ;;
+
                 # Надстройка над разложенным текстом — правка того же текста: путь другой, а
                 # предмет тот же. Ветка стоит первой, потому что путь надстройки кончается тем
                 # же именем файла, что и разложенная копия, и ветки ниже разобрали бы её по
@@ -93,10 +99,13 @@ skill_for_default() {
                 # Своё правило линтера кода пишется по тем же соглашениям, что и код под ним.
                 */eslint-rules/*) printf '%s\n' 'typescript-conventions' ;;
 
-                # Схема хранилища и её миграции: порядок каталогов лексикографический, а метку
-                # времени ставит инструмент в момент заведения — цепочка ломается молча и падает
-                # только накатом с нуля, то есть уже после слияния. Правило живёт при поставке.
-                */schema.prisma | */prisma/migrations/*) printf '%s\n' 'git-workflow' ;;
+                # Схема хранилища, её миграции и настройка клиента: порядок каталогов
+                # лексикографический, а метку времени ставит инструмент в момент заведения —
+                # цепочка ломается молча и падает только накатом с нуля, то есть уже после
+                # слияния. Настройка клиента стоит здесь же: её читает тот же накат, а правилась
+                # она без правила под рукой. Правило живёт при поставке.
+                */schema.prisma | */prisma/migrations/* | */prisma.config.ts)
+                    printf '%s\n' 'git-workflow' ;;
                 # Конвейер и образ: проверки решают, что вообще гоняется до слияния, а образ —
                 # что приезжает на прод. И то и другое правилось без единого правила поставки.
                 */.github/workflows/*.yml | */.gitlab-ci.yml | */azure-pipelines*.yml)

package/assets/defaults/project.sh

@@ -87,8 +87,8 @@ rt_push_checks_default() {
     [ -x "$root/$RT_HOOKS_TESTS" ] && printf '%s\n' "bash $RT_HOOKS_TESTS"
 
     for check in check-doc-paths check-specs check-file-size check-dupes check-styles \
-        check-lib-layers check-reuse check-schema-drift check-states check-state-next \
-        check-turn-map check-archive-age check-push-gate; do
+        check-glossary check-lib-layers check-reuse check-schema-drift check-states check-state-next \
+        check-turn-map check-archive-age check-profile-drift check-hook-scope check-push-gate; do
         [ -f "$root/$RT_CHECKS_DIR/$check.mjs" ] && printf '%s\n' "node $RT_CHECKS_DIR/$check.mjs"
     done
 
@@ -183,6 +183,9 @@ RT_LAWS_DIR="${RT_LAWS_DIR:-docs/constitution}"
 RT_RULES_DIR="${RT_RULES_DIR:-.claude/skills}"
 RT_SPECS_DIR="${RT_SPECS_DIR:-docs/specs}"
 
+# Каталог замыслов, переживающих одну задачу: порядок задач эпика лежит там, а не в правилах.
+RT_PLANS_DIR="${RT_PLANS_DIR:-docs/plans}"
+
 # Главная ветка. Гарду она нужна, чтобы найти общего предка и понять, что ветка сделала с
 # папкой задачи и с архивом. Если общего предка нет, сравнивать не с чем — проверка молчит.
 RT_MAIN_BRANCH="${RT_MAIN_BRANCH:-main}"
@@ -222,112 +225,10 @@ rt_is_app_code_default() {
     esac
 }
 
-# Пишет ли команда оболочки файл. Успех — да, и тогда пути из неё судятся тем же признаком,
-# что и путь из вызова инструмента правки.
-#
-# Гарды подписаны на инструменты правки файла, и этого мало: ту же правку кладут командой —
-# перенаправлением, `tee`, `sed -i`, интерпретатором с heredoc. Отбитая правка дважды за один
-# заход легла именно так, и не увидел этого никто: в дереве она неотличима от положенной
-# инструментом. Разбор — `2026-08-15-guard-denied-shell-wrote-anyway.md`.
-#
-# Список намеренно широк, и цена этого названа: команда чтения, в которой стоит имя
-# интерпретатора, будет отбита наравне с командой правки. Узкий список стоил бы дороже —
-# пропущенная форма записи возвращает обход целиком, а найти её можно только промахом.
-#
-# Перенаправление в пустое устройство и в поток ошибок снимается до разбора: файла оно не
-# пишет, а выглядит как перенаправление в файл. Так глушат вывод команды чтения, и без этого
-# `grep -rn x libs/ 2>/dev/null` судится наравне с записью — правило требуется на чтение, а
-# отбитий, пришедшихся не на правку файла, набирается большинство. Настоящая запись рядом с
-# заглушённым потоком остаётся видной: снимается перенаправление, а не команда целиком.
-rt_shell_writes_default() {
-    printf '%s' "$1" \
-        | sed -E 's#(&|[0-9]*)>>?[[:space:]]*/dev/(null|stderr)##g; s#[0-9]*>&[0-9-]##g' \
-        | grep -Eq \
-            '>>?[[:space:]]*[^|&>[:space:]]|\btee\b|\bsed\b[^|]*-i|\bperl\b[^|]*-i|\bpython3?\b|\bnode\b|\bruby\b|\bdd\b[^|]*of=|\bcp\b|\bmv\b|\brm\b|\btouch\b|\btruncate\b|\binstall\b|\bpatch\b|\bgit[[:space:]]+(checkout|restore|apply|stash)\b'
-}
-
-# Пути, названные командой оболочки. Печатает по одному в строке; судит их зовущий.
-#
-# Разбирать оболочку по-настоящему нечем — здесь и не разбирают: из текста вынимается всё, что
-# похоже на путь, и каждое отдаётся признаку. Лишнее он отсеет сам, а пропущенное вернуло бы
-# обход. Кавычки снимаются заменой на пробел: путь внутри них тот же самый.
-#
-# Тело документа на месте путей не даёт: там лежит текст, который команда кладёт в файл, а
-# чужой путь, названный в нём словами, требовал бы правила под запись, которой нет. Запись
-# замысла так отбивалась трижды подряд, пока пути под каталогом кода не были названы иначе.
-# Судится заголовок команды — именно в нём стоит тот путь, куда команда пишет.
-#
-# Исключение — интерпретатор: ему код приходит телом, и путь записи стоит именно там. Признак
-# читается у той строки, которая тело открыла, а не у всей команды: тело принадлежит команде
-# своего заголовка. Прежде он читался у всего текста разом, и слово из документа отключало
-# вырезание целиком — строка «**Чем проверяется:** `bash projects/…`» в замысле делала запись
-# `plan.md` правкой кода приложения. Гард отбивал тем самым запись того файла, отсутствием
-# которого он же и отказывает.
-rt_shell_paths_default() {
-    text="$(printf '%s' "$1" | tr "\"'\`" '   ')"
-    text="$(printf '%s' "$text" | awk '
-        function trim(s) { sub(/^[ \t]+/, "", s); sub(/[ \t]+$/, "", s); return s }
-        tag != "" {
-            if (keep) { print }
-            if (trim($0) == tag) { tag = ""; keep = 0 }
-            next
-        }
-        {
-            print
-            if (match($0, /<<-?[ \t]*[A-Za-z_][A-Za-z0-9_]*/)) {
-                t = substr($0, RSTART, RLENGTH)
-                sub(/^<<-?[ \t]*/, "", t)
-                tag = t
-                keep = ($0 ~ /(^|[|;&(]|[ \t])(python3?|node|ruby|perl|php|deno|bun|bash|sh|zsh)([ \t]|$)/)
-            }
-        }')"
-
-    # Пути берутся только у тех кусков команды, которые пишут. Прежде брались у всей строки
-    # целиком, и команда чтения, сцепленная с записью, отдавала свои пути как цели записи:
-    # `python3 <<PY … PY` рядом с `grep -n … projects/…` отбивался за правку кода, которой в нём
-    # не было. Отбитий, пришедшихся не на правку файла, набиралось большинство, и цену платил
-    # тот, кто просто читал соседний файл в той же строке.
-    #
-    # Кусок — строка верхнего уровня, а внутри неё `;`, `&&` и `||`. Тело heredoc от своей
-    # команды не отрывается: оно едет вместе с ней одним куском, потому что путь записи
-    # интерпретатора стоит именно там.
-    printf '%s' "$text" | awk '
-        function trim(s) { sub(/^[ \t]+/, "", s); sub(/[ \t]+$/, "", s); return s }
-        function flush(  n, i, part) {
-            if (chunk == "") { return }
-            if (tag != "") { part = chunk; gsub(/\n/, " ", part); print part; chunk = ""; return }
-            n = split(chunk, parts, /;|&&|\|\|/)
-            for (i = 1; i <= n; i++) { print parts[i] }
-            chunk = ""
-        }
-        tag != "" {
-            chunk = chunk "\n" $0
-            if (trim($0) == tag) { flush(); tag = "" }
-            next
-        }
-        {
-            chunk = $0
-            if (match($0, /<<-?[ \t]*[A-Za-z_][A-Za-z0-9_]*/)) {
-                t = substr($0, RSTART, RLENGTH)
-                sub(/^<<-?[ \t]*/, "", t)
-                tag = t
-                next
-            }
-            flush()
-        }
-        END { if (chunk != "") { part = chunk; gsub(/\n/, " ", part); print part } }
-    ' \
-        | while IFS= read -r piece; do
-            [ -z "$piece" ] && continue
-            rt_shell_writes "$piece" || continue
-            printf '%s' "$piece" \
-                | tr "(),;=" '     ' \
-                | tr '[:space:]' '\n' \
-                | grep -E '^[A-Za-z0-9_@.-]*/[A-Za-z0-9_@./-]+$' \
-                | sed 's|^\./||'
-        done \
-        | sort -u
-}
+# Разбор команды оболочки — пишет ли она и какие пути называет — живёт соседним файлом:
+# вдвоём с ним профиль перерастал предел длины, а читают эти две функции порознь.
+# shellcheck disable=SC1090
+[ -f "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")/shell.sh" ] && . "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")/shell.sh"
 
 # Имя ветки, с которой разрешено открывать заявку на слияние: в имени стоит номер задачи.
 # Приставка — либо род правки, либо метка очереди работ: обе формы носят номер, а он и нужен.
@@ -372,6 +273,12 @@ RT_TASK_BOT="${RT_TASK_BOT:-}"
 RT_PULL_TOKEN_VAR="${RT_PULL_TOKEN_VAR:-}"
 RT_PULL_TOKEN_HINT="${RT_PULL_TOKEN_HINT:-}"
 
+# Раздел, который тело заявки обязано нести с минуты открытия: решение о слиянии принимается на
+# её странице, где переписки нет вовсе, и сказанного вслух там не остаётся. Умолчание молчит —
+# заголовок пишется языком заявки, а чужих слов пакет не знает: не названный деревом, раздел не
+# судится вовсе.
+RT_PULL_BODY_SECTION="${RT_PULL_BODY_SECTION:-}"
+
 # Команда перевода задачи между колонками очереди работ и имя первой колонки — той, из которой
 # задача уходит, когда её берут в работу. Имя без умолчания: колонки дерево называет своими
 # словами, а выдуманное не совпало бы ни с чем и молча выключило бы проверку колонки.
@@ -419,6 +326,21 @@ rt_pull_state_default() {
     printf '%s' "$state"
 }
 
+# Свои открытые заявки, помеченные конфликтующими, — по строке на заявку: «#номер ветка».
+# Спрашивает того же помощника очереди работ, что и два соседа выше. Пусто на выходе значит
+# «конфликтующих нет», отказ кода возврата — «спросить некого», и ярус гарда пропускается:
+# отбивать работу на молчании сети значило бы останавливать её всякий раз, когда её не с чем
+# сверить.
+rt_conflicting_pulls_default() {
+    command -v node >/dev/null 2>&1 || return 1
+    command -v jq >/dev/null 2>&1 || return 1
+    [ -f "${RT_BOARD_HELPER:-tools/board.mjs}" ] || return 1
+    state="$(node "${RT_BOARD_HELPER:-tools/board.mjs}" conflicts 2>/dev/null)" || return 1
+    [ -z "$state" ] && return 1
+    printf '%s' "$state" | jq -e 'has("conflicting")' >/dev/null 2>&1 || return 1
+    printf '%s' "$state" | jq -r '.conflicting[]? | "#\(.number) \(.branch)"'
+}
+
 # Что в этом дереве считается переизобретением. По строке «образец<таб>чем заменить».
 # Образцы узкие намеренно: гард сверяет только НОВЫЙ текст, и широкий образец отбивал бы
 # правку, которая ничего нового не заводит.
@@ -475,5 +397,6 @@ rt_kit_sources_dir() { rt_kit_sources_dir_default "$@"; }
 rt_qa_decorative() { rt_qa_decorative_default "$@"; }
 rt_task_state() { rt_task_state_default "$@"; }
 rt_pull_state() { rt_pull_state_default "$@"; }
+rt_conflicting_pulls() { rt_conflicting_pulls_default "$@"; }
 rt_report_body() { rt_report_body_default "$@"; }
 rt_handoff_allowed_cmd() { rt_handoff_allowed_cmd_default "$@"; }

package/assets/defaults/shell.sh

@@ -0,0 +1,139 @@
+#!/usr/bin/env bash
+# Разбор команды оболочки: пишет ли она и какие пути называет.
+#
+# Умолчание пакета, часть профиля дерева — грузится из `project.sh`, рядом с которым лежит.
+# Отдельным файлом потому, что вдвоём они перерастают предел длины, а читают их порознь: одному
+# нужен признак записи, другому — цель.
+
+# Пишет ли команда оболочки файл. Успех — да, и тогда пути из неё судятся тем же признаком,
+# что и путь из вызова инструмента правки.
+#
+# Гарды подписаны на инструменты правки файла, и этого мало: ту же правку кладут командой —
+# перенаправлением, `tee`, `sed -i`, интерпретатором с heredoc. Отбитая правка дважды за один
+# заход легла именно так, и не увидел этого никто: в дереве она неотличима от положенной
+# инструментом. Разбор — `2026-08-15-guard-denied-shell-wrote-anyway.md`.
+#
+# Список намеренно широк, и цена этого названа: команда чтения, в которой стоит имя
+# интерпретатора, будет отбита наравне с командой правки. Узкий список стоил бы дороже —
+# пропущенная форма записи возвращает обход целиком, а найти её можно только промахом.
+#
+# Перенаправление в пустое устройство и в поток ошибок снимается до разбора: файла оно не
+# пишет, а выглядит как перенаправление в файл. Так глушат вывод команды чтения, и без этого
+# `grep -rn x libs/ 2>/dev/null` судится наравне с записью — правило требуется на чтение, а
+# отбитий, пришедшихся не на правку файла, набирается большинство. Настоящая запись рядом с
+# заглушённым потоком остаётся видной: снимается перенаправление, а не команда целиком.
+#
+# Стрелка снимается там же и по той же причине. `->` и `=>` в оболочке не значат ничего, а знак
+# в них тот же: команда, печатавшая таблицу «путь -> правило», объявлялась пишущей и отдавала
+# все свои пути под суд. Туда же закрывающая скобка комментария разметки.
+#
+# Цель перенаправления сужена до знаков, из которых собирают пути. Строка цитаты разметки —
+# знак и слово через пробел — от записи в файл одним знаком неотличима, и различает их только
+# цель: за настоящим знаком стоит путь, а не слово словами. Цена названа прямо: путь, набранный
+# не латиницей, записью больше не считается — в дереве таких нет ни одного, а появятся, признак
+# придётся расширить.
+rt_shell_writes_default() {
+    printf '%s' "$1" \
+        | sed -E 's#(&|[0-9]*)>>?[[:space:]]*/dev/(null|stderr)##g; s#[0-9]*>&[0-9-]##g; s#[-=]+>##g' \
+        | grep -Eq \
+            '>>?[[:space:]]*[A-Za-z0-9_./~$"'"'"'-]|\btee\b|\bsed\b[^|]*-i|\bperl\b[^|]*-i|\bpython3?\b|\bnode\b|\bruby\b|\bdd\b[^|]*of=|\bcp\b|\bmv\b|\brm\b|\btouch\b|\btruncate\b|\binstall\b|\bpatch\b|\bgit[[:space:]]+(checkout|restore|apply|stash)\b'
+}
+
+# Пути, названные командой оболочки. Печатает по одному в строке; судит их зовущий.
+#
+# Разбирать оболочку по-настоящему нечем — здесь и не разбирают: из текста вынимается всё, что
+# похоже на путь, и каждое отдаётся признаку. Лишнее он отсеет сам, а пропущенное вернуло бы
+# обход. Кавычки снимаются заменой на пробел: путь внутри них тот же самый.
+#
+# Тело документа на месте путей не даёт: там лежит текст, который команда кладёт в файл, а
+# чужой путь, названный в нём словами, требовал бы правила под запись, которой нет. Запись
+# замысла так отбивалась трижды подряд, пока пути под каталогом кода не были названы иначе.
+# Судится заголовок команды — именно в нём стоит тот путь, куда команда пишет.
+#
+# Исключение — интерпретатор: ему код приходит телом, и путь записи стоит именно там. Признак
+# читается у той строки, которая тело открыла, а не у всей команды: тело принадлежит команде
+# своего заголовка. Прежде он читался у всего текста разом, и слово из документа отключало
+# вырезание целиком — строка «**Чем проверяется:** `bash projects/…`» в замысле делала запись
+# `plan.md` правкой кода приложения. Гард отбивал тем самым запись того файла, отсутствием
+# которого он же и отказывает.
+rt_shell_paths_default() {
+    text="$(printf '%s' "$1" | tr "\"'\`" '   ')"
+    text="$(printf '%s' "$text" | awk '
+        function trim(s) { sub(/^[ \t]+/, "", s); sub(/[ \t]+$/, "", s); return s }
+        tag != "" {
+            if (keep) { print }
+            if (trim($0) == tag) { tag = ""; keep = 0 }
+            next
+        }
+        {
+            print
+            if (match($0, /<<-?[ \t]*[A-Za-z_][A-Za-z0-9_]*/)) {
+                t = substr($0, RSTART, RLENGTH)
+                sub(/^<<-?[ \t]*/, "", t)
+                tag = t
+                keep = ($0 ~ /(^|[|;&(]|[ \t])(python3?|node|ruby|perl|php|deno|bun|bash|sh|zsh)([ \t]|$)/)
+            }
+        }')"
+
+    # Пути берутся только у тех кусков команды, которые пишут. Прежде брались у всей строки
+    # целиком, и команда чтения, сцепленная с записью, отдавала свои пути как цели записи:
+    # `python3 <<PY … PY` рядом с `grep -n … projects/…` отбивался за правку кода, которой в нём
+    # не было. Отбитий, пришедшихся не на правку файла, набиралось большинство, и цену платил
+    # тот, кто просто читал соседний файл в той же строке.
+    #
+    # Кусок — строка верхнего уровня, а внутри неё `;`, `&&` и `||`. Тело heredoc от своей
+    # команды не отрывается: оно едет вместе с ней одним куском, потому что путь записи
+    # интерпретатора стоит именно там.
+    printf '%s' "$text" | awk '
+        function trim(s) { sub(/^[ \t]+/, "", s); sub(/[ \t]+$/, "", s); return s }
+        function flush(  n, i, part) {
+            if (chunk == "") { return }
+            if (tag != "") { part = chunk; gsub(/\n/, " ", part); print part; chunk = ""; return }
+            n = split(chunk, parts, /;|&&|\|\|/)
+            for (i = 1; i <= n; i++) { print parts[i] }
+            chunk = ""
+        }
+        tag != "" {
+            chunk = chunk "\n" $0
+            if (trim($0) == tag) { flush(); tag = "" }
+            next
+        }
+        {
+            chunk = $0
+            if (match($0, /<<-?[ \t]*[A-Za-z_][A-Za-z0-9_]*/)) {
+                t = substr($0, RSTART, RLENGTH)
+                sub(/^<<-?[ \t]*/, "", t)
+                tag = t
+                next
+            }
+            flush()
+        }
+        END { if (chunk != "") { part = chunk; gsub(/\n/, " ", part); print part } }
+    ' \
+        | while IFS= read -r piece; do
+            [ -z "$piece" ] && continue
+            rt_shell_writes "$piece" || continue
+            # Кусок, который пишет одним лишь перенаправлением, отдаёт цель записи, а не всякое
+            # похожее на путь слово из своего текста. Имя файла, названное в аргументе или в
+            # содержимом, правкой этого файла не является: команда чтения, сцепленная с записью
+            # в свой файл, требовала правила по чужому имени и кончала ход — цена такого отказа
+            # равна цене настоящего срабатывания, потому что обойти его нечем.
+            #
+            # Прочие виды записи разбираются по-прежнему: у правки по месту, копирования,
+            # переноса и интерпретатора путь стоит в самой команде и не в одном месте.
+            if ! printf '%s' "$piece" | grep -Eq '\bsed\b[^|]*-i|\bperl\b[^|]*-i|\bpython3?\b|\bnode\b|\bruby\b|\bdd\b[^|]*of=|\bcp\b|\bmv\b|\brm\b|\btouch\b|\btruncate\b|\binstall\b|\bpatch\b|\bgit[[:space:]]+(checkout|restore|apply|stash)\b'; then
+                printf '%s' "$piece" \
+                    | grep -oE '(>>?[[:space:]]*|\btee\b([[:space:]]+-a)?[[:space:]]+)[A-Za-z0-9_@.~/-]+' \
+                    | sed -E 's/^(>>?|tee([[:space:]]+-a)?)[[:space:]]*//' \
+                    | grep -E '^[A-Za-z0-9_@.-]*/[A-Za-z0-9_@./-]+$' \
+                    | sed 's|^\./||'
+                continue
+            fi
+            printf '%s' "$piece" \
+                | tr "(),;=" '     ' \
+                | tr '[:space:]' '\n' \
+                | grep -E '^[A-Za-z0-9_@.-]*/[A-Za-z0-9_@./-]+$' \
+                | sed 's|^\./||'
+        done \
+        | sort -u
+}

package/assets/docs/GLOSSARY.md

@@ -73,4 +73,4 @@
 - **бэклог** — очередь работ
 - **линия работ** — эпик
 - **контекст-виндоу** — окно захода, а его доля — заполнение окна
-- **скилл, скилы** — правило, паттерн или скил без закона — по тому, что это на самом деле
+- **скилл, скиллы** — правило, паттерн или скил без закона — по тому, что это на самом деле

package/assets/hooks/browser-device-id.sh

@@ -1,10 +1,16 @@
 #!/usr/bin/env bash
+# Местное значение: .claude/rt-kit/browser-device-id — без него браузерные гарды пропускают любой профиль
 # Общий помощник: печатает идентификатор закреплённого профиля браузера.
 #
 # Идентификатор локален для машины и в пакет не едет вовсе. Он берётся из переменной окружения,
-# а если её нет — из файла рядом с конфигом раскладки. Ни там ни там ничего нет — помощник
-# молчит, и все браузерные гарды пропускают: гард, который не может назвать нужный профиль,
-# ничего не предлагает взамен, и слепой отказ только заводил бы работу в тупик.
+# а если её нет — из файла рядом с конфигом раскладки. Ни там ни там ничего нет — все браузерные
+# гарды пропускают: гард, который не может назвать нужный профиль, ничего не предлагает взамен,
+# и слепой отказ только заводил бы работу в тупик.
+#
+# Пропуск при этом не молчит. Ненастроенное дерево получает строку в поток ошибок — один раз на
+# признак, чтобы она не тонула в каждом вызове: молчание тут неотличимо от «всё в порядке», и
+# читается оно как разрешение водить браузер каким угодно профилем. Признак приходит первым
+# доводом от того, кто зовёт; довода нет — метка дневная.
 #
 # Файл с идентификатором в репозиторий не коммитится: у каждой машины он свой.
 
@@ -16,7 +22,17 @@ if [ -n "${RT_BROWSER_DEVICE_ID:-}" ]; then
 fi
 
 file="${CLAUDE_PROJECT_DIR:-.}/.claude/rt-kit/browser-device-id"
-[ -f "$file" ] || exit 0
+
+if [ ! -f "$file" ]; then
+    key="${1:-$(date +%Y%m%d 2>/dev/null || printf 'nokey')}"
+    marker_dir="${TMPDIR:-/tmp}/claude-browser-guard"
+    marker="$marker_dir/silent-$key"
+    if [ ! -f "$marker" ]; then
+        mkdir -p "$marker_dir" 2>/dev/null && : >"$marker" 2>/dev/null
+        echo "Профиль браузера этому дереву не назван: нет ни RT_BROWSER_DEVICE_ID, ни .claude/rt-kit/browser-device-id. Браузерные гарды поэтому пропускают всё подряд — это не разрешение ехать, а повод остановиться и сказать владельцу." >&2
+    fi
+    exit 0
+fi
 
 tr -d '[:space:]' <"$file"
 printf '\n'