@rt-tools/agent-kit 0.11.0 → 0.13.0

package/assets/hooks/claim-guard.sh

@@ -26,8 +26,10 @@
 # тексте ход РАЗРЕШАЕТСЯ (exit 0). Сломанный гард не имеет права заклинить разговор.
 
 . "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+. "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/hook-input.sh" 2>/dev/null || true
 
-input="$(cat 2>/dev/null)"
+rt_hook_read
+input="$RT_HOOK_INPUT"
 [ -z "$input" ] && exit 0
 command -v jq >/dev/null 2>&1 || exit 0
 

package/assets/hooks/conscience-guard.sh

@@ -20,8 +20,10 @@
 # разрешается. Сломанная совесть не имеет права заклинить разговор.
 
 . "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+. "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/hook-input.sh" 2>/dev/null || true
 
-input="$(cat 2>/dev/null)"
+rt_hook_read
+input="$RT_HOOK_INPUT"
 [ -z "$input" ] && exit 0
 command -v jq >/dev/null 2>&1 || exit 0
 

package/assets/hooks/dev-server-guard.sh

@@ -15,10 +15,12 @@
 # RT_STANDS. Нет профиля — текст отказа остаётся общим, сам гард работает.
 
 . "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+. "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/hook-input.sh" 2>/dev/null || true
 
-input="$(cat 2>/dev/null)"
+rt_hook_read
+input="$RT_HOOK_INPUT"
 
-tool="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_name // empty' 2>/dev/null)"
+tool="$(rt_hook_tool)"
 case "$tool" in
     Bash | mcp__webstorm__execute_terminal_command | mcp__webstorm__execute_tool) ;;
     # Готовая конфигурация запуска командной строки не показывает — видно только её имя.
@@ -48,7 +50,7 @@ case "$tool" in
     *) exit 0 ;;
 esac
 
-cmd="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_input.command // empty' 2>/dev/null)"
+cmd="$(rt_hook_cmd)"
 [ -z "$cmd" ] && exit 0
 
 # Универсальный исполнитель среды передаёт настоящую команду вложенной строкой. Разбирать надо
@@ -98,7 +100,7 @@ RUNNER='((npx|pnpm|yarn|bun|npm)([[:space:]]+(exec|run|dlx))?[[:space:]]+)?'
 
 # Начало вызова: начало строки или разделитель команд. Кавычку в границы вносить нельзя — тогда
 # поиск по тексту и снятие процесса по шаблону читаются как запуск.
-BOUND='(^|[;&|(]|&&|\|\|)[[:space:]]*'
+BOUND="$RT_CMD_BOUND"
 
 printf '%s' "$cmd" | grep -qE "${BOUND}${RUNNER}(nx|ng)[[:space:]]+(run[[:space:]]+[^[:space:]]*:)?(serve|dev)" \
     && deny "Запуск ещё одного сервера разработки через каркас."

package/assets/hooks/dispatch.sh

@@ -0,0 +1,69 @@
+#!/usr/bin/env bash
+# Диспетчер событий агента. НЕ гард: объявления `rt-hook:` у него нет — наоборот, он читает
+# такие объявления у остальных. В настройке агента он стоит один на событие вместо списка.
+#
+# Зачем он есть. Агент зовёт каждый гард своим процессом и каждому подаёт один и тот же ввод.
+# Гардов на вызове инструмента восемнадцать, и каждый разбирает ввод заново — по шесть-семь
+# вызовов разборщика. Замер этого дерева: восемьсот двадцать шесть миллисекунд на вызов, из
+# которых восемьдесят пять — запуск оболочек, а остальное — повторный разбор одного текста.
+#
+# Что он делает. Читает ввод один раз, разбирает его один раз, кладёт поля в окружение и зовёт
+# ветки события по порядку. Первый ненулевой код возврата отдаётся агенту вместе с выводом
+# гарда — остальные ветки не зовутся: отказ и раньше кончал вызов на первом же гарде.
+#
+# Чего он не делает. Он не судит ничего сам и ни одного гарда не заменяет: файлы остаются как
+# были, меняется точка входа. Событие и образец вызова гард несёт сам, строкой `# rt-hook:` в
+# своей шапке, и карта собирается из них — список, выписанный отдельно, разошёлся бы с набором
+# файлов на первом же добавленном.
+#
+# ОТКАЗ В ПОЛЬЗУ РАБОТЫ: нет события в доводе, нет каталога гардов, нет разборщика — выход нулём.
+# Сломанный диспетчер не имеет права заклинить работу.
+
+set -u
+
+here="$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)"
+. "$here/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+
+event="${1:-}"
+[ -z "$event" ] && exit 0
+
+input="$(cat 2>/dev/null)"
+[ -z "$input" ] && exit 0
+
+# Разбор один на все ветки: четыре поля одним вызовом разборщика вместо шести на каждый гард.
+# Значения приходят уже закавыченными для оболочки — `@sh` в разборщике для того и сделан:
+# командная строка держит и кавычки, и переводы строк, и подставить её иначе нельзя.
+assignments="$(printf '%s' "$input" | jq -r '@sh "RT_HOOK_TOOL=\(.tool_name // "") RT_HOOK_CMD=\(.tool_input.command // "") RT_HOOK_FILE=\(.tool_input.file_path // "") RT_HOOK_CWD=\(.cwd // "")"' 2>/dev/null)"
+if [ -n "$assignments" ]; then
+    eval "$assignments" 2>/dev/null || true
+    export RT_HOOK_TOOL RT_HOOK_CMD RT_HOOK_FILE RT_HOOK_CWD
+    # Признак разбора: по нему ветки отличают готовое поле от пустой переменной, случайно
+    # оказавшейся в окружении прогона. Без него пустое значение читается как «поля нет».
+    export RT_HOOK_PARSED=1
+fi
+export RT_HOOK_INPUT="$input"
+
+branches="$(grep -l '^# rt-hook:' "$here"/*.sh 2>/dev/null | sort)"
+[ -z "$branches" ] && exit 0
+
+for branch in $branches; do
+    declaration="$(sed -n 's/^# rt-hook:[[:space:]]*//p' "$branch" 2>/dev/null | head -1)"
+    [ -z "$declaration" ] && continue
+
+    branch_event="${declaration%% *}"
+    [ "$branch_event" = "$event" ] || continue
+
+    # Образец вызова: его нет вовсе — гард зовётся на любом; есть — сверяется с именем
+    # инструмента целиком, а не куском. Звёздочка и точка со звёздочкой значат одно: любой вызов.
+    matcher="${declaration#"$branch_event"}"
+    matcher="${matcher#"${matcher%%[![:space:]]*}"}"
+    if [ -n "$matcher" ] && [ "$matcher" != '*' ] && [ "$matcher" != '.*' ]; then
+        [[ "${RT_HOOK_TOOL:-}" =~ ^(${matcher})$ ]] || continue
+    fi
+
+    printf '%s' "$input" | bash "$branch"
+    code=$?
+    [ "$code" -ne 0 ] && exit "$code"
+done
+
+exit 0

package/assets/hooks/docs-guard.sh

@@ -27,12 +27,14 @@
 # пропуск.
 
 . "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+. "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/hook-input.sh" 2>/dev/null || true
 
-input="$(cat 2>/dev/null)"
+rt_hook_read
+input="$RT_HOOK_INPUT"
 [ -z "$input" ] && exit 0
 command -v jq >/dev/null 2>&1 || exit 0
 
-tool="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_name // empty' 2>/dev/null)"
+tool="$(rt_hook_tool)"
 
 decide() {
     # Наблюдение пишется только на отказе: подсказку гард раздаёт и там, где всё в порядке, и
@@ -117,7 +119,7 @@ case "$tool" in
     *) exit 0 ;;
 esac
 
-cmd="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_input.command // empty' 2>/dev/null)"
+cmd="$(rt_hook_cmd)"
 
 # Универсальный исполнитель передаёт настоящую команду вложенной строкой. Разбирать надо её,
 # иначе имя команды стоит сразу за кавычкой и ни одно правило до него не дотягивается.
@@ -146,7 +148,7 @@ if printf '%s' "$cmd" | grep -qiE '(^|#)[[:space:]]*Docs-skip:[[:space:]]*[^[:sp
     exit 0
 fi
 
-workdir="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.cwd // empty' 2>/dev/null)"
+workdir="$(rt_hook_cwd)"
 [ -z "$workdir" ] && workdir="${CLAUDE_PROJECT_DIR:-.}"
 cd "$workdir" 2>/dev/null || exit 0
 git rev-parse --is-inside-work-tree >/dev/null 2>&1 || exit 0

package/assets/hooks/exam-guard.sh

@@ -19,8 +19,10 @@
 # мешать работать.
 
 . "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+. "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/hook-input.sh" 2>/dev/null || true
 
-input="$(cat 2>/dev/null)"
+rt_hook_read
+input="$RT_HOOK_INPUT"
 [ -z "$input" ] && exit 0
 command -v jq >/dev/null 2>&1 || exit 0
 
@@ -32,14 +34,14 @@ rt_hooks_dir="$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)"
 [ -f "$rt_hooks_dir/roles.sh" ] && . "$rt_hooks_dir/roles.sh" 2>/dev/null
 command -v rt_role_off >/dev/null 2>&1 && rt_role_off strict-teacher && exit 0
 
-tool="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_name // empty' 2>/dev/null)"
+tool="$(rt_hook_tool)"
 # Второй экзамен спрашивается на снятии черновика: работа кончилась, и правила поставки к этому
 # моменту читались давно — между их чтением и этой минутой прошёл весь заход.
 ready=0
 case "$tool" in
     Edit | Write | MultiEdit | mcp__webstorm__create_new_file) ;;
     Bash)
-        cmd="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_input.command // empty' 2>/dev/null)"
+        cmd="$(rt_hook_cmd)"
         printf '%s' "$cmd" | grep -qE 'pr[[:space:]]+ready|mr[[:space:]]+update[^|;&]*--ready' || exit 0
         ready=1
         ;;

package/assets/hooks/git-guard-delivery-folder.sh

@@ -0,0 +1,99 @@
+#!/usr/bin/env bash
+# Условия поставки о папке задачи. НЕ гард: объявления `rt-hook:` у него нет, к событиям агента
+# он не подключается. Его источает гард поставки — тем же приёмом, каким источает хвост отказа и
+# запись наблюдений.
+#
+# Зачем он отдельным файлом. Условий о папке два, и живут они в разных местах вызова: одно на
+# открытии заявки, другое на слиянии. Вместе с разбором команды, подписью, основанием и очередью
+# работ они переросли предел длины файла, а делить гард по событиям нельзя — он одно целое,
+# и разбор команды у него общий. Делится он по предмету: папка задачи — свой предмет, у неё свой
+# обход и своя запись в архиве.
+#
+# ЧТО ЗДЕСЬ. Три вызова, и все три зовутся из гарда поставки, где уже объявлены `deny`, `fault`
+# и переменные профиля: `tasks_dir`, `archive_dir`, `main_branch`, `folder_skip_re`, `root`.
+# Своих у помощника нет — он не читает ни ввода, ни настроек.
+
+# Есть ли папка задачи в ветке. Смотрим содержимое ветки, а не рабочее дерево: если папку
+# удалили, но не закоммитили, проверка прошла бы, а папка всё равно уехала бы в главную. Имя
+# ветки подставляем целиком, вместе с косой: у ветки вида `chore/312-slug` папка лежит во
+# вложенном каталоге.
+rt_folder_in_branch() {
+    git ls-tree -d --name-only HEAD -- "$1" 2>/dev/null | head -1
+}
+
+# Была ли папка задачи в этой ветке вообще. Спрашивается у ветки, которая её удалила: иначе
+# требование записи в архиве цеплялось бы к работе, у которой папки и не было.
+rt_folder_was_in_branch() {
+    _base="$1"
+    _folder="$2"
+    _had="$(git ls-tree -d --name-only "$_base" -- "$_folder" 2>/dev/null | head -1)"
+    [ -z "$_had" ] && _had="$(git log "$_base..HEAD" --diff-filter=A --name-only --pretty=format: -- "$_folder" 2>/dev/null | head -1)"
+    [ -n "$_had" ]
+}
+
+# Условие открытия заявки: папка разобрана, и запись в архиве от ветки прибыла. Отказ копится
+# вместе с прочими условиями поставки и печатается разом.
+#
+# Разбор стоит здесь, а не на слиянии. Прежде было наоборот: считалось, что папка нужна на диске
+# всё время разбора, потому что правку по замечаниям без замысла отбивает гард хода работы.
+# Владелец же вливает, как только видит зелёное, и закрывающему коммиту места не остаётся —
+# трижды подряд папка уехала в главную неразобранной, а гард слияния этого не видел вовсе:
+# кнопку нажимает человек на хостинге, и до него гард не достаёт. Замысел после уборки гард хода
+# работы берёт из истории ветки, а не с диска.
+rt_delivery_open_folder() {
+    [ -n "$tasks_dir" ] || return 0
+    printf '%s' "$cmd" | grep -qiE "$folder_skip_re" && return 0
+
+    _folder="$tasks_dir/$branch"
+    _lying="$(rt_folder_in_branch "$_folder")"
+    if [ -n "$_lying" ]; then
+        fault "в ветке лежит папка задачи «${_lying}» — заявка открывается после уборки, а не до неё. Перенеси в «${archive_dir:-архив}» то, что объясняет принятые решения, остальное удали, закоммить последним коммитом и повтори. Если работа вливается частями, поставь в команду комментарий «# Task-folder-skip: <причина>»."
+        return 0
+    fi
+
+    [ -n "$archive_dir" ] || return 0
+    _base="$(git merge-base "$main_branch" HEAD 2>/dev/null)"
+    [ -z "$_base" ] && return 0
+    rt_folder_was_in_branch "$_base" "$_folder" || return 0
+
+    _gained="$(git diff --name-only --diff-filter=A "$_base" HEAD -- "$archive_dir" 2>/dev/null | head -1)"
+    [ -z "$_gained" ] \
+        && fault "папку задачи удалили, но в «${archive_dir}» ветка ничего не добавила. Удалить проще, чем разобрать, — и вместе с папкой пропадает разбор просьбы, единственная запись слов владельца. Перенеси то, что объясняет принятые решения, одним файлом с понятным именем и повтори."
+}
+
+# Условие слияния: тот же предмет вторым рубежом. Он ловит слияние, идущее командой, — то, до
+# которого гард достаёт. Отсюда выходят только отказом или молчанием: слияние решается целиком.
+rt_delivery_merge_folder() {
+    [ -n "$tasks_dir" ] || exit 0   # ведения работы папкой в дереве нет
+
+    _branch="$(git branch --show-current 2>/dev/null)"
+    [ -z "$_branch" ] && exit 0
+    rt_task_branch_ok "$_branch" || exit 0   # за беззадачной веткой папки не стоит
+
+    _folder="$tasks_dir/$_branch"
+
+    # Сначала ищем обход в самой команде — это работает и без сети. Если читать только
+    # тело заявки, то без сети гард отбил бы слияние, причина которого в этом теле и написана.
+    printf '%s' "$cmd" | grep -qiE "$folder_skip_re" && exit 0
+
+    _number="$(printf '%s' "$cmd" | sed -nE 's/.*(pr|mr)[[:space:]]+(merge|update)[[:space:]]+([0-9]+).*/\3/p' | head -1)"
+    if [ -n "$_number" ] && rt_needs rt_report_body git-guard-delivery; then
+        _body="$(cd "$root" && rt_report_body "$_number" 2>/dev/null)"
+        [ -n "$_body" ] && printf '%s' "$_body" | grep -qiE "$folder_skip_re" && exit 0
+    fi
+
+    _lying="$(rt_folder_in_branch "$_folder")"
+    [ -n "$_lying" ] \
+        && deny "BLOCKED: в ветке осталась папка задачи «${_lying}» — она уедет в главную. Разобрать её потом будет некому: работа перейдёт к следующей задаче, а эта заявка закроется. Перенеси в «${archive_dir:-архив}» то, что объясняет принятые решения, остальное удали и повтори. Если работа вливается частями, поставь в тело заявки строку «Task-folder-skip: <причина>»."
+
+    [ -n "$archive_dir" ] || exit 0
+    _base="$(git merge-base "$main_branch" HEAD 2>/dev/null)"
+    [ -z "$_base" ] && exit 0
+    rt_folder_was_in_branch "$_base" "$_folder" || exit 0
+
+    _gained="$(git diff --name-only --diff-filter=A "$_base" HEAD -- "$archive_dir" 2>/dev/null | head -1)"
+    [ -z "$_gained" ] \
+        && deny "BLOCKED: папку задачи удалили, но в «${archive_dir}» ветка ничего не добавила. Удалить проще, чем разобрать, — и вместе с папкой пропадает разбор просьбы, единственная запись слов владельца. Перенеси то, что объясняет принятые решения, одним файлом с понятным именем и повтори."
+
+    exit 0
+}

package/assets/hooks/git-guard-delivery-signature.sh

@@ -11,6 +11,10 @@
 # среди них самая отдельная — своя точка проверки, свои условия молчания, свой отказ.
 
 . "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+# Начало вызова помощник берёт оттуда же, откуда все гарды. Источается он и здесь, хотя зовущий
+# гард это уже сделал: пустой образец превратил бы признак в поиск слова по всей строке, то есть
+# в отказ на каждом упоминании команды.
+. "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/hook-input.sh" 2>/dev/null || true
 
 rt_delivery_signature() {
 # --- подпись машинного коммита ------------------------------------------------------------
@@ -33,13 +37,15 @@ rt_delivery_signature() {
 # логина разошлись бы молча. Исполнителем задачи он тоже не бывает — в дереве, где хостинг
 # ограничил машинную запись, исполнителем ставят человека, а коммит остаётся машинным.
 #
-# Вызов пуша узнаётся по двум признакам сразу — команда `git` в начале строки или за
-# разделителем и слово `push` отдельным словом. Одной подстрокой «git push» его не поймать:
-# помощник учётных данных и заголовок запроса ставятся ключами `-c` между ними.
+# Вызов пуша узнаётся по двум признакам сразу — начало вызова перед словом `git` и слово `push`
+# отдельным словом. Одной подстрокой «git push» его не поймать: помощник учётных данных и
+# заголовок запроса ставятся ключами `-c` между ними. Начало вызова считает присваивания
+# переменных частью команды: пуш подписанного коммита набирают с подстановкой токена, и признак
+# без них пропускал ровно тот вызов, ради которого этот помощник и заведён.
 # Пробный пуш не отправляет ничего, и подпись у него не спрашивают. Отложенная правка — тоже:
 # `git stash push` кладёт правку в тайник этой же машины, поэтому тайник вырезается из строки, а
 # признак считается по остатку.
-if printf '%s' "$cmd" | grep -qE '(^|[;&|(]|&&|\|\|)[[:space:]]*git([[:space:]]|$)' \
+if printf '%s' "$cmd" | grep -qE "${RT_CMD_BOUND}git([[:space:]]|\$)" \
     && printf '%s' "$cmd" | sed -E 's/git[[:space:]]+stash[[:space:]]+push/git stash/g' | grep -qE '(^|[[:space:]])push([[:space:]]|$)' \
     && ! printf '%s' "$cmd" | grep -q -- '--dry-run'; then
     # Два условия молчания. Дерево, не назвавшее почты машинной записи, требования не получает:

package/assets/hooks/git-guard-delivery.sh

@@ -1,6 +1,6 @@
 #!/usr/bin/env bash
 # rt-hook: PreToolUse Bash|mcp__webstorm__execute_terminal_command|mcp__webstorm__execute_tool
-# Требует: hooks/profile-check.sh, hooks/deny-tail.sh
+# Требует: hooks/git-guard-delivery-folder.sh, hooks/profile-check.sh, hooks/deny-tail.sh
 # Гард поставки. PreToolUse на заведении ветки, пуше и открытии заявки на слияние.
 #
 # Закон о поставке требует трёх вещей, которых обычно не проверяет ничто: правка начинается с
@@ -30,7 +30,9 @@
 #                          numbered); молчание значит «спросить некого»;
 #   RT_TASK_NEW_CMD      — чем заводится задача;
 #   RT_BOARD_CHECK_CMD   — чем сверяется очередь работ;
-#   RT_TASK_BOT          — учётная запись, которую ставят исполнителем;
+#   RT_TASK_BOT          — учётная запись, которую ставят исполнителем; ею же открывается заявка;
+#   RT_PULL_TOKEN_VAR    — переменная, которой вызову подставляют её токен;
+#   RT_PULL_TOKEN_HINT   — готовая подстановка этого токена, целиком;
 #   RT_COMMIT_EMAIL      — почта, которой подписан машинный коммит; её же левой частью он и
 #                          опознаётся.
 # Отказ называет и то, что не так, и чем это чинится: отказ без действия обходят, а не исполняют.
@@ -38,12 +40,14 @@
 # ОТКАЗ В ПОЛЬЗУ РАБОТЫ: не репозиторий, нет разборщика, битый ввод, нет профиля — пропуск.
 
 . "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+. "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/hook-input.sh" 2>/dev/null || true
 
-input="$(cat 2>/dev/null)"
+rt_hook_read
+input="$RT_HOOK_INPUT"
 [ -z "$input" ] && exit 0
 command -v jq >/dev/null 2>&1 || exit 0
 
-tool="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_name // empty' 2>/dev/null)"
+tool="$(rt_hook_tool)"
 sid="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.session_id // "nosession"' 2>/dev/null)"
 case "$tool" in
     # Терминал среды и универсальный исполнитель кладут команду в то же поле.
@@ -51,7 +55,7 @@ case "$tool" in
     *) exit 0 ;;
 esac
 
-cmd="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_input.command // empty' 2>/dev/null)"
+cmd="$(rt_hook_cmd)"
 [ -z "$cmd" ] && exit 0
 
 # Универсальный исполнитель передаёт настоящую команду вложенной строкой. Разбирать надо её,
@@ -65,7 +69,7 @@ if [ "$tool" = "mcp__webstorm__execute_tool" ] && command -v perl >/dev/null 2>&
     [ -n "$inner" ] && cmd="$inner"
 fi
 
-workdir="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.cwd // empty' 2>/dev/null)"
+workdir="$(rt_hook_cwd)"
 [ -z "$workdir" ] && workdir="${CLAUDE_PROJECT_DIR:-.}"
 cd "$workdir" 2>/dev/null || exit 0
 git rev-parse --is-inside-work-tree >/dev/null 2>&1 || exit 0
@@ -98,6 +102,11 @@ task_move="${RT_TASK_MOVE_CMD:-npm run task:move}"
 # молча выключило бы проверку.
 backlog_column="${RT_BOARD_BACKLOG:-}"
 task_bot="${RT_TASK_BOT:-}"
+# Личность вызова приходит окружением, а не словом в строке: из текста команды видно только то,
+# подставлен ли токен явно. Дерево, не назвавшее переменной, автора заявки не судит вовсе —
+# у него может не быть отдельной машинной записи.
+pull_token_var="${RT_PULL_TOKEN_VAR:-}"
+pull_token_hint="${RT_PULL_TOKEN_HINT:-}"
 commit_email="${RT_COMMIT_EMAIL:-}"
 tasks_dir="${RT_TASKS_DIR:-}"
 archive_dir="${RT_ARCHIVE_DIR:-}"
@@ -143,6 +152,12 @@ fault() {
 }— $1"
 }
 
+# Условия о папке задачи вынесены соседним файлом: у папки свой предмет, свой обход и своя
+# запись в архиве, а вместе с разбором команды и очередью работ они переросли предел длины.
+# Подключается он после `deny` и `fault` — обе зовутся изнутри.
+# shellcheck disable=SC1090
+[ -f "$rt_hooks_dir/git-guard-delivery-folder.sh" ] && . "$rt_hooks_dir/git-guard-delivery-folder.sh" 2>/dev/null
+
 # Отказ по накопленному. Пусто — вызывающая сторона идёт дальше.
 deny_faults() {
     [ -z "$faults" ] && return 0
@@ -152,21 +167,6 @@ deny_faults() {
 ${faults}"
 }
 
-# Подсказка вместо отказа: на открытии PR папка ещё нужна. Решения подсказка не несёт,
-# команда идёт дальше своим ходом.
-hint() {
-    jq -n --arg c "$1" '{hookSpecificOutput:{hookEventName:"PreToolUse",additionalContext:$c}}' 2>/dev/null
-    exit 0
-}
-
-# Есть ли папка задачи в ветке. Смотрим содержимое ветки, а не рабочее дерево: если папку
-# удалили, но не закоммитили, проверка прошла бы, а папка всё равно уехала бы в main. Имя
-# ветки подставляем целиком, вместе с косой: у ветки вида `chore/312-slug` папка лежит во
-# вложенном каталоге.
-folder_in_branch() {
-    git ls-tree -d --name-only HEAD -- "$1" 2>/dev/null | head -1
-}
-
 check_task() {
     number="$1"
     where="$2"
@@ -283,7 +283,7 @@ command -v rt_delivery_signature >/dev/null 2>&1 && rt_delivery_signature
 #
 # Возврат заявки в черновик под требование не подпадает: он делает ровно то, чего гард и
 # добивается, — снимает с работы вид готовой.
-if printf '%s' "$cmd" | grep -qE '(^|[;&|(]|&&|\|\|)[[:space:]]*(gh[[:space:]]+pr[[:space:]]+ready|glab[[:space:]]+mr[[:space:]]+update[^|;&]*--ready)([[:space:]]|$)' \
+if printf '%s' "$cmd" | grep -qE "${RT_CMD_BOUND}(gh[[:space:]]+pr[[:space:]]+ready|glab[[:space:]]+mr[[:space:]]+update[^|;&]*--ready)([[:space:]]|\$)" \
     && ! printf '%s' "$cmd" | grep -q -- '--undo'; then
     # Ссылка на заявку необязательна: без неё клиент берёт заявку текущей ветки, и это самая
     # короткая форма вызова. Требовать номер значило бы снимать всё требование одним пробелом.
@@ -315,6 +315,16 @@ if printf '%s' "$cmd" | grep -qE '(^|[;&|(]|&&|\|\|)[[:space:]]*(gh[[:space:]]+p
             # и «ещё не посчитано» — не «конфликтует».
             printf '%s' "$pull" | jq -e '.conflicting' >/dev/null 2>&1 \
                 && fault "заявка${pull_name} конфликтует с главной веткой. Влей её в свою ветку, разбери конфликт и повтори: снятый черновик читается как «можно вливать», а слить эту заявку нельзя."
+
+            # Автор заявки. На открытии судить было нечем, кроме текста команды: личность вызова
+            # приходит окружением. Здесь она уже названа хостингом, и это последний ход, где
+            # промах ещё исправим — после снятия черновика заявку вливают, а переоткрыть влитую
+            # нельзя. Дерево, не назвавшее машинной записи, автора не судит.
+            if [ -n "$task_bot" ]; then
+                pull_author="$(printf '%s' "$pull" | jq -r '.author // empty' 2>/dev/null)"
+                [ -n "$pull_author" ] && [ "$pull_author" != "$task_bot" ] \
+                    && fault "заявку${pull_name} открыла запись «${pull_author}», а не машинная «${task_bot}». Автор заявки её ревьювером не бывает, и разбор ей назначить нечем. Автора не сменить — закрой заявку и открой заново${pull_token_hint:+, подставив токен: ${pull_token_hint} …}."
+            fi
         fi
     fi
     deny_faults
@@ -322,59 +332,20 @@ fi
 
 # --- слияние заявки ----------------------------------------------------------------------
 #
-# Папку задачи разбирают тем же PR, что и работу. После слияния этого уже никто не сделает:
-# работа перешла к следующей задаче, а PR закрыт. Раньше слияния требовать нельзя — пока идёт
-# ревью, plan.md нужен на диске, иначе гард хода работы не даст править код.
+# Второй рубеж того же условия, что стоит на открытии заявки: он ловит слияние, идущее командой.
 # Команду ищем от начала строки или после разделителя, а не где угодно в тексте. Иначе гард
 # отбивает сообщение, где `gh pr merge` просто упомянут в кавычках, — так он и сработал на
 # правке этого же текста. Полностью подстроку в кавычках так не отсечь, но случайное упоминание
 # внутри слова или пути мимо уже не пройдёт.
-if printf '%s' "$cmd" | grep -qE '(^|[;&|(]|&&|\|\|)[[:space:]]*(gh[[:space:]]+pr[[:space:]]+merge|glab[[:space:]]+mr[[:space:]]+merge|az[[:space:]]+repos[[:space:]]+pr[[:space:]]+update)([[:space:]]|$)'; then
-    [ -n "$tasks_dir" ] || exit 0   # ведения работы папкой в дереве нет
-
-    merge_branch="$(git branch --show-current 2>/dev/null)"
-    [ -z "$merge_branch" ] && exit 0
-    rt_task_branch_ok "$merge_branch" || exit 0   # за беззадачной веткой папки не стоит
-
-    folder="$tasks_dir/$merge_branch"
-
-    # Сначала ищем обход в самой команде — это работает и без сети. Если читать только
-    # тело PR, то без сети гард отбил бы слияние, причина которого в этом теле и написана.
-    printf '%s' "$cmd" | grep -qiE "$folder_skip_re" && exit 0
-
-    merge_number="$(printf '%s' "$cmd" | sed -nE 's/.*(pr|mr)[[:space:]]+(merge|update)[[:space:]]+([0-9]+).*/\3/p' | head -1)"
-    if [ -n "$merge_number" ] && rt_needs rt_report_body git-guard-delivery; then
-        body="$(cd "$root" && rt_report_body "$merge_number" 2>/dev/null)"
-        [ -n "$body" ] && printf '%s' "$body" | grep -qiE "$folder_skip_re" && exit 0
-    fi
-
-    lying="$(folder_in_branch "$folder")"
-    [ -n "$lying" ] \
-        && deny "BLOCKED: в ветке осталась папка задачи «${lying}» — она уедет в главную. Разобрать её потом будет некому: работа перейдёт к следующей задаче, а этот PR закроется. Перенеси в «${archive_dir:-архив}» то, что объясняет принятые решения, остальное удали и повтори. Если работа вливается частями, поставь в тело PR строку «Task-folder-skip: <причина>»."
-
-    # Запись в архиве спрашиваем только у ветки, которая папку удалила. Иначе проверка
-    # цеплялась бы к работе, у которой папки и не было. Без общего предка с главной веткой
-    # сравнивать не с чем — тогда молчим.
-    [ -n "$archive_dir" ] || exit 0
-    base="$(git merge-base "$main_branch" HEAD 2>/dev/null)"
-    [ -z "$base" ] && exit 0
-
-    had="$(git ls-tree -d --name-only "$base" -- "$folder" 2>/dev/null | head -1)"
-    [ -z "$had" ] && had="$(git log "$base..HEAD" --diff-filter=A --name-only --pretty=format: -- "$folder" 2>/dev/null | head -1)"
-    [ -z "$had" ] && exit 0
-
-    gained="$(git diff --name-only --diff-filter=A "$base" HEAD -- "$archive_dir" 2>/dev/null | head -1)"
-    [ -z "$gained" ] \
-        && deny "BLOCKED: папку задачи удалили, но в «${archive_dir}» ветка ничего не добавила. Удалить проще, чем разобрать, — и вместе с папкой пропадает разбор просьбы, единственная запись слов владельца. Перенеси то, что объясняет принятые решения, одним файлом с понятным именем и повтори."
-
-    exit 0
+if printf '%s' "$cmd" | grep -qE "${RT_CMD_BOUND}(gh[[:space:]]+pr[[:space:]]+merge|glab[[:space:]]+mr[[:space:]]+merge|az[[:space:]]+repos[[:space:]]+pr[[:space:]]+update)([[:space:]]|\$)"; then
+    rt_delivery_merge_folder
 fi
 
 # --- открытие заявки на слияние ----------------------------------------------------------
 # Команду ищем от начала строки или после разделителя — по той же причине, что и слияние:
 # упоминание в кавычках командой не является.
 printf '%s' "$cmd" \
-    | grep -qE '(^|[;&|(]|&&|\|\|)[[:space:]]*(gh[[:space:]]+pr[[:space:]]+create|glab[[:space:]]+mr[[:space:]]+create|az[[:space:]]+repos[[:space:]]+pr[[:space:]]+create)([[:space:]]|$)' \
+    | grep -qE "${RT_CMD_BOUND}(gh[[:space:]]+pr[[:space:]]+create|glab[[:space:]]+mr[[:space:]]+create|az[[:space:]]+repos[[:space:]]+pr[[:space:]]+create)([[:space:]]|\$)" \
     || exit 0
 
 branch="$(git branch --show-current 2>/dev/null)"
@@ -440,19 +411,32 @@ if [ -n "$remote_main" ] && [ -n "$local_main" ] && [ "$remote_main" != "$local_
     fault "твоя ссылка origin/${main_branch} отстала от удалённой — ${local_main:0:8} против ${remote_main:0:8}.${age} Гард сравнивает ветку с тем, что лежит в дереве, поэтому молчание первого яруса значит «ссылка не старше ветки», а не «главная ветка влита». Влей и повтори: git fetch origin && git merge origin/${main_branch}."
 fi
 
+# Личность вызова. Клиент хостинга держит две записи сразу — залогиненную и ту, чей токен стоит
+# в окружении вызова, — и какая из них откроет заявку, из текста команды не видно ничем, кроме
+# явной подстановки. Читающие вызовы идут от залогиненной и работают, поэтому пишущий выглядит
+# таким же обычным; промах всплывает шагом позже, на назначении ревьювера: автор заявки её
+# ревьювером не бывает. Чинится это только переоткрытием — автора у заявки не сменить.
+#
+# Судится текст команды, а не ответ хостинга: спросить, чьим токеном пойдёт вызов, до его
+# исполнения нельзя. Дерево, не назвавшее переменной токена, требования не получает.
+if [ -n "$pull_token_var" ] \
+    && ! printf '%s' "$cmd" | grep -qE "(^|[;&|(]|&&|\|\||[[:space:]])${pull_token_var}="; then
+    fault "заявка открывается без токена машинной записи: в команде нет подстановки «${pull_token_var}». Открытая залогиненной записью, она выйдет от владельца — ревьювером его тогда не назначить, и чинится это только переоткрытием.${pull_token_hint:+ Подставь токен: ${pull_token_hint} …}"
+fi
+
 check_task "$number" "заявка с ветки «${branch}»" да
 
+# Папка задачи разбирается до открытия заявки, а не после одобрения. Прежде здесь стояло
+# напоминание, а требование — на слиянии: считалось, что папка нужна на диске всё время
+# разбора, потому что правку по замечаниям без замысла отбивает гард хода работы. Владелец же
+# вливает, как только видит зелёное, и закрывающему коммиту места не остаётся — трижды подряд
+# папка уехала в главную неразобранной, а гард слияния этого не видел вовсе: кнопку нажимает
+# человек на хостинге, и до него гард не достаёт. Разбор переехал сюда, а замысел после уборки
+# гард хода работы берёт из истории ветки, а не с диска.
+rt_delivery_open_folder
+
 # Всё несошедшееся названо здесь, разом: до этой строки собирались условия, каждое из которых
 # прежде отбивало вызов в одиночку.
 deny_faults
 
-# Сейчас папка ещё нужна: правки по замечаниям ревью идут в эту же ветку, а без plan.md их не
-# пропустит гард хода работы. Поэтому здесь только напоминание. Требование стоит на слиянии —
-# там папка уже не нужна, а вред от неё как раз и наступает.
-if [ -n "$tasks_dir" ]; then
-    lying="$(folder_in_branch "$tasks_dir/$branch")"
-    [ -n "$lying" ] \
-        && hint "В ветке лежит папка задачи «${lying}». Разбери её до слияния, этим же PR: потом за неё уже никто не возьмётся. На слиянии это будет отказ, а не напоминание."
-fi
-
 exit 0

package/assets/hooks/git-guard-main.sh

@@ -14,11 +14,13 @@
 # Сломанный гард не должен мешать работать.
 
 . "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/utf8.sh" 2>/dev/null || true
+. "$(cd "$(dirname "${BASH_SOURCE[0]}")" && pwd)/hook-input.sh" 2>/dev/null || true
 
-input="$(cat 2>/dev/null)"
+rt_hook_read
+input="$RT_HOOK_INPUT"
 [ -z "$input" ] && exit 0
 
-tool="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_name // empty' 2>/dev/null)"
+tool="$(rt_hook_tool)"
 # Терминал среды разработки исполняет ту же командную строку и кладёт её в то же поле. Пока
 # гард проверял только оболочку, весь его смысл обходился сменой инструмента.
 case "$tool" in
@@ -26,7 +28,7 @@ case "$tool" in
     *) exit 0 ;;
 esac
 
-cmd="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.tool_input.command // empty' 2>/dev/null)"
+cmd="$(rt_hook_cmd)"
 
 # Универсальный исполнитель среды передаёт настоящую команду вложенной строкой. Разбирать надо
 # её, а не обёртку: иначе имя команды стоит сразу за кавычкой и ни одно правило до него не
@@ -46,7 +48,7 @@ esac
 
 # Коммит выполнится в рабочем каталоге вызова, поэтому и ветку смотрим там же; корень проекта
 # — запасной вариант, и он важен для отдельного рабочего дерева, где ветка своя.
-workdir="$(printf '%s' "$input" | jq -r '.cwd // empty' 2>/dev/null)"
+workdir="$(rt_hook_cwd)"
 [ -z "$workdir" ] && workdir="${CLAUDE_PROJECT_DIR:-.}"
 cd "$workdir" 2>/dev/null || exit 0